Поскольку вопрос этот возникает раз за разом, я лучше поясню кое-что, а то сложно мне каждому человеку в индивидуальном порядке объяснять, почему я все-таки прислушиваюсь к отцовским словам, а не лечу к нему туда вопреки ясно выраженному его желанию, чтобы я оставалась дома.

Дело в том, что установка "В болезни (вариант - при серьезных проблемах) человек должен остаться один и справляться со своими проблемами сам. Он не смеет напрягать и огорчать кого бы то ни было своими сложностями, чужие дела по определению гораздо важнее, отрывать человека от них запрещено" прошита у него в качестве базовой. Никакие разговоры - объяснения за всю предыдущую жизнь так и не помогли, отец все равно придерживается этого принципа в отношении всех своих болезней, да и не только своих. И нарушение этого принципа заставляет его тяжко страдать.

Мне достаточно было его комментариев в адрес тетушки, с которой он несравненно ближе, чем со мной (с теткой они общаются ежедневно и подолгу, а со мной ему вполне хватало 15 минут в неделю). Тетка пришла в больницу вопреки отцовскому желанию, а потом родитель мне прокомментировал это визит. Так вот, вызывать подобные ощущения я не хочу категорически, это будет просто слишком жестоко с моей стороны.

То, что отцовская позиция совершенно неверна и по отношению к страждущему, и по отношению ко всем родным и близким, которым это просто связывает руки и заставляет ощущать себя совершенно бестолково, нелепо и очень грустно, я отлично понимаю с самого детства. Потому что это жуткое ощущение на самом-то деле - когда отвергают твою помощь, твои чувства, да еще требуют от тебя не чувствовать то, что ты на самом деле испытываешь ("Обещай мне, что ты вот прямо сейчас не будешь грустить, вы не должны огорчаться, а должны жить нормальной полноценной жизнью, не думая обо мне").

Идет это все как минимум от бабушки с дедом, а то и от более ранних поколений, не знаю. Меня тоже воспитывали именно так, причем и в отношении к моим болезням и проблемам тоже, я не имела права никого грузить никакими своими сложностями.
- Имено в рамках этой жизненной философии можно было устраивать прием гостей, праздник и танцы, когда я - маленькая лежала в больнице на операции.

- По этой же причине папины родители навестили его в больнице всего один раз, когда он в 44 года лежал с таким инфарктом, что врачи говорили, что обычно в таком состоянии не выживают.

- Папины родители оба уходили из жизни в полнейшем одиночестве.

- В мои 10 лет, на лыжной прогулке, когда я пожаловалась на то, что у меня сильно замерзли ноги, отцовский ответ был, что я должна молчать и терпеть, и не ломать чужие планы из-за своей глупости. Когда мы вернулись домой, ноги у меня были белые как бумага, отходили они много часов, с сильной болью и невозможностью ходить. При этом бороться с болью и вообще как-то справляться с этой ситуацией я должна была сама - меня просто оставили до вечера в полном одиночестве, не заглядывая ко мне в комнату.

- Девять лет спустя аналогичная ситуация повторилась с банками, когда родители решили сменить технологию, мои слова о том, что нестерпимо больно, оставили без внимания, зато справляться с тяжелыми ожогами на груди и спине тоже предоставили мне самой. При этом сказать о том, что мне больно, было нельзя - родителей слишком травмировало упоминание о том, что они меня "попортили".
Это только несколько примеров, хотя на самом деле я могу приводить их тонны, применительно к каждому члену нашей семьи. То, что это все - чистой воды извращение нормальных человеческих отношений - я согласна целиком и полностью. Но настоять на своем и приехать, сломав отцу одну из самых базовых жизненных установок, я не могу. Потому что ему от этого станет еще хуже, хотя и так уже плохо очень.

Повторяется один в один история с уходом мамы. Тогда мне наотрез было запрещено приходить к ней в больницу, а в ночь ее ухода отец меня просто выгнал из комнаты, вопреки всем моим просьбам позволить мне быть с мамой в ее последние часы. И сейчас он точно так же не хочет, чтобы я была рядом с ним. Он считает, что таким образом оберегает меня от лишних травм... А что я чувствую на самом деле - этого он никогда в жизни не понимал, так что надеяться, что поймет в последние дни, наивно...

И, собственно, о папином состоянии. На медицинском языке это именуется предагонией. Но, поскольку у медиков существует установка на медикаментозное продление жизни любой ценой, то при очередных признаках угасания сердечной деятельности принимаются очередные меры, затягивающие уход. А из всех функций организма у отца самостоятельно функционирует только дыхание, всё остальное действует только за счет сильнодействующих медикаментов, причем действует уже еле-еле.