На днях разговорились со знакомой о происшедшем в их семье несчастье - неделю назад под Ленинградом пропал без вести отец ее мужа (вы, наверное, видели запись у меня в журнале два дня назад). Честно говоря, меня удивило, что их старшая девочка, которой скоро исполнится четырнадцать, ничего о происшедшем не знает и знать пока не будет. Дело родительское, конечно, но мне кажется, что это не совсем верно. Ведь семью сплачивают и делают собственно семьей не только радости, но и беды, и где еще подростку научиться сопереживать беде, как не бок о бок с родителями?
Мои собственные родители придерживались точно такой же тактики - подробностей маминой болезни я не знала ни в 7 лет, ни в 20. И умом-то я понимаю, что идет это от любви, от желания защитить ребенка от тяжелых переживаний. Но в то же время мне всегда было очень больно от того, что меня словно бы выключают из общей жизни. Все остальные члены семьи спаяны вместе чем-то важным, они сообща борются с болезнью, а я словно отделена, я не с ними, а сама по себе. И очень грустно, что за тебя заранее все решили, не дав даже попытаться разделить чужую тяжесть и боль.
Самое главное, от детей же все равно нельзя полностью ничего скрыть. Не зная фактов, они все равно будут чувствовать атмосферу в доме и нервничать, выдумывая себе всяческие ужасы. Это я хорошо поняла по Мите шесть лет назад, когда у нас серьезно болел Женя. Дети мне тогда казались слишком маленькими, чтобы с ними разговаривать всерьез - одному 9, другому 7. Поэтому я пыталась их как-то успокаивать, но, видимо, слишком общо. А потом воспитательница с продленки пожаловалась, что Митя стал неуправляем и агрессивен, у него начались сложности с концентрацией внимания. Мы сели поговорить с ребенком по душам, и вот тогда я поняла, что мой старший сын очень переживает из-за папы, боится, что тот так и останется на всю жизнь прикован к кровати, и вообще очень страдает от того, что мы не даем ему возможность переживать эту беду вместе со всеми.
После того, как я объяснила ему, как папу лечат, какие у него перспективы и как нескоро можно ждать серьезного улучшения Митрий заметно успокоился, а после этого мы договорились, что отныне уборкой в доме будут заниматься они с братом, потому что иначе я просто не справляюсь со всей нагрузкой. С тех пор мы от детей не скрываем больше ничего.
А как вы считаете, надо ли детям рассказывать о семейных проблемах? И если надо, то с какого возраста?