Летнее наше времяпрепровождение начинает обрастать некоторыми традициями и привычками. Поскольку природа почти ежедневно радует тропическими ливнями, ни о каких вылазках в лес пока и речи нет, приходится по выходным выгуливаться по соседству, в саду ботаническом, благо он огромный и в нем есть немало уголков, куда праздная публика почти не забредает. Правда, прогулки наши неизменно заканчиваются кардинальным промоканием, но это мелочи, летом под дождь попасть даже приятно.

Журнал мой, похоже, в итоге превращается главным образом в фотоальбом, но с этим тоже пока ничего не поделаешь. Может, к зиме фотонаркомания поутихнет, а пока... Короче, вот вам очередные зверики-цветочки.

В китайском саду гуляла русская свадьба. Ребята явно очень старались, чтобы все было "как у больших", но увы...Не знаю, как это смотрелось местным, а меня, честно говоря, накрыло чувством неловкости от того, насколько все было натянуто и неестественно. Чесслово, лучше бы не пытались косить под великосветскую свадьбу, а сделали все попроще - и самим веселее было бы, и не чувствовали бы себя скованно во фраках и вечерних платьях с чужого плеча, укомплектованных хозяйственными сумками и поношенными сандалиями... Почему-то сразу "Соломенная шляпка" вспомнилась, не начало фильма, а уже конец, когда весь кортеж измучен и мечтает только о том, чтобы выспаться.

Зато в китайском саду цветут лотосы, а про них уже никто не скажет, что они напыщенные или неестественные. Почему-то мне показалось очень забавной их сердцевина. Она похожа на насадку детской лейки со множеством малюсеньких дырочек. Была у меня такая не-скажу-сколько десятилетий назад.


Маленьким неправильным полосатым мышкам наставили, понимаешь, всякие ловушки и запенди, того и гляди, на растяжку наступишь.


Зато толстым лохматым серым крыскам раздолье. Иду себе, никого не трогаю, вдруг совсем рядом раздается восторженный женский итальянский вопль "Какая маленькая!", а в ответ на него суровое мужское бурчание "Ничего не маленькая, а вполне обыкновенная". На самом деле, эта маленькая-обыкновенная оказалась здоровущей лоснящейся даже не белкой, а БЕЛКОЙ.


Судя по внешнему виду, зверюшка питалась все-таки ягодами, но треск стоял такой, словно рота красноармейцев устроила стрельбы из мелкашки. Народа серая скотинка нисколько не стеснялась, наоборот, принимала все более и более причудливые позы, чтобы ее было интереснее снимать. Покончив с фруктами, животинка решила перейти к чему-то более существенному, вальяжно перебралась на край мусорного бачка и стала вглядываться, нельзя ли чем-то поживиться. В какой-то момент пузо перевесило и БЕЛКА, безуспешно попытавшись зацепиться задними лапами за бортик, бесславно рухнула в недра помойки.


Пошебуршав там пару минут, она вновь явилась на всеобщее обозрение с ломтиком хлеба и опять принялась позировать, всем своим видом показывая, что именно так было задумано.


Константиныч тем временем занимался птичьей охотой. Правда, орнитологи из нас аховые, поэтому опознать, кто это и что это, мы так и не сумели.


А еще мне попалась уставшая перегруженная пчела. Она была раза в полтора больше остальных, вся перепачкана пыльцой, а сил у нее оставалось только на то, чтобы лежать и печально шевелить усиками.