Дорогие друзья!
Я специально помещаю эту историю в самое начало страницы, чтобы ее было подольше видно. Мне очень интересно и важно ваше мнение, тем более, что подобные истории происходят, увы, гораздо чаще, чем хотелось бы.Извините за длинный рассказ - короче никак не получалось
Антошка был совсем маленьким, когда родители развелись. Несколько лет он прожил с мамой и бабушкой в большом южном городе. Это было славное время –все любили симпатичного белобрысого пацаненка.
Потом мама Юля получила из далекой Канады письмо от давнего знакомого. Дядя Сережа писал, что его вторая жена оказалась бессовестной прохиндейкой, окружающие тоже сплошь уязвляли нежное и ранимое сережино сердце своими гадкими поступками. На этом мрачном фоне ярко засиял светлый юлин образ (давно не виденный, но отнюдь не забытый), поэтому если Юля хочет, виза ей высылается незамедлительно.
Юля захотела. Мы познакомились с ней через несколько недель после приезда. Хрупкая и воздушная, она излучала безграничное счастье. Бойкий Антошка оказался с Костиком в одном классе и с тех пор вся история стала разворачиваться у нас на глазах.
Первое время Сережа действительно доброжелательно относился к пасынку и даже позволял называть себя папой. Однако чем ближе шло дело к юлиным родам (а забеременела она практически сразу после прилета), тем холоднее и холоднее становился Сергей. Впрочем, денег он Юле и до этого не давал. А уж когда время подошло к антошкиному дню рождения, вердикт был однозначным – никаких подарков и гостей. «У меня на это денег нет. Я и так вас обоих дармоедов кормлю». Юлька выгадывала на сдаче от хлеба и картошки, но какую-то сумму все же скопила.
- Ну куда я денусь? Профессии нет, языка нет, денег тоже нет... В Россию не вернусь, нечего мне там делать. А тут как-никак крыша над головой, да и кормят опять же...
Родился Никита. Первым делом Сергей запретил Антошке подходить к братику: «Уронишь, заразишь какой-нибудь гадостью, и вообще у тебя руки грязные.» Постепенно в доме оставалось все меньше и меньше места, куда Антон мог заходить даже днем. Категорическим табу стали комната малыша и спальня. За нарушением запрета следовал скандал. Потом под запрет попала большая общая комната. Нет, конечно, пока Сережа был на работе, Антошка играл повсюду. Но стоило отчиму вернуться, мальчишку загоняли в его крошечную комнату за кухней, откуда можно было выйти только в туалет перед сном.
Наконец Сергей сумел развестись с предыдущей супругой и наметился день их с Юлей свадьбы. Антошка мечтал, каким нарядным будет он в день маминой свадьбы, как он будет играть с малышом, пока взрослые закончат все формальности.
- Еще чего выдумали? – вердикт Сергея был однозначен. – Никаких детей на свадьбе. Делай что хочешь (это уже мне), но найди, кто останется приглядеть за Антоном и вашими пацанами. Только бесплатно. На няню денег не дам.
Как же мне не хотелось во все это ввязываться! Но Юлька так плакала, у нее настолько не было в Монреале знакомых, чтобы пригласить в свидетели, что не помочь было нельзя. К счастью, милейшие Женя с Лёней легко согласились присмотреть за нашей бандой (и их Полине повеселее!), мы с мужем поучаствовали в бракозаключительном судебном заведении, а потом повезли Антошку домой. На последней площадке лестницы ребенок вцепился в почтовый ящик и наотрез отказался подниматься в квартиру. Когда Юлька его наконец оторвала от ящика, Антон зашелся в истерике с воплями, как плохо к нему все относились в этот день и как шагу нельзя было ступить без запретов. Потом я потихоньку выяснила у Жени, что такое страшное ребенку запретили. Оказалось, у него просто отобрали тарелку с фруктами, которыми он обстреливал с балкона ни в чем неповинных прохожих.
Шли годы. Юля выучилась на программиста, набрала сумасшедших долгов, но купила Антону самый дорогой и навороченный из имеющихся на рынке компьютеров. И в лагеря его на лето записывает тоже в самые дорогие. «Должно же у ребенка хоть что-то быть».
Никита в этом году пойдет в школу. Игрушки его по-прежнему брату трогать запрещается. Вчера мои мальчишки позвали Антона играть с водяными пистолетами, предложили дать свой запасной. Антон отказался – «у меня есть». Через час дети примчались мокрые, растерянные...
- Что делать, Антону пистолет разрешила взять мама. Потихоньку, пока Сережи нет дома. А теперь Сережа вернулся и Антону попадет.
- Но ведь мама же разрешила.
- Неважно, все равно попадет. Пистолет никитин и его трогать нельзя. Давай его у нас спрячем, а потом Антон его потихоньку отнесет, когда Сережа уйдет.
- Народ, но врать же нехорошо...
- Мама, но ведь ему попадет!
Елки-палки, каждый раз в такой ситуации я чувствую полное свое бессилие. Ну почему Юлька так бессовестно каждый раз «сдает» сына?! Почему она разрешает ему какие-то вещи, но стоит мужу сдвинуть брови – и ребенок остается один на один с распоясавшимся грубым мужиком?
- Юля, а ты не пробовала с Сережей поговорить?
- Ну что ты, он меня слушать не станет. Ну ничего, я скоро на ноги встану и от него уйду. Пока мне на одну зарплату детей не поднять. И потом, он мне ни за что не отдаст Никиту. (Три года назад).
- Ой, ну ты же знаешь, какая у нас с Сережей все эти годы любовь! Он меня буквально на руках носит. А Антошка сам виноват, никого не слушает, ведет себя безобразно. (Этим летом).
И влетает Антону за то, что он промок (как будто, играя с водяным пистолетом, можно остаться сухим).
А потом некогда хрупкая и романтичная Юля исходит страшной злобой на учительницу за то, что Антошка не получил роль в спектакле. «Он же так хотел, так учил слова! Как они смели отдать эту роль другому ребенку, да еще девчонке! Всюду блат!». И не объяснишь ей, что на каждую роль был конкурс и брали действительно самых артистичных. А о каком артистизме у бесконечно зажатого сутулого Антошки со скованной пластикой и инфантильной манерой речи можно говорить? Костика тоже не взяли в артисты и он на спектакле радостно носился за сценой, переставляя декорации и управляя занавесом.
- Понимаешь, мама, мы же ОЧЕНЬ важные для спектакля люди. Как же артисты смогут играть, если им сцену не поменяют?
А Антошке Юля запретила приходить на спектакль. «Нужно быть гордым. А такие оскорбления просто так не прощаются.» И в тот день, когда вся школа радовалась и переживала за успех спектакля, Антон сидел в одиночестве дома. А на следующей неделе каждый день дрался с толпой детей, просто так, ни за что. И Костик тоже ходил в синяках, потому что пытался защищать Антошку и попадал «под раздачу»
И что мне теперь отвечать детям, когда они спрашивают, почему Антошка агрессивный и нервный и что за беда у него с родителями?
Я могу объяснить (и объясняю), что сказки про злую мачеху/отчима не всегда ложь. Но что мне им сказать про Юлю? И как помочь Антошке?